Это самое настоящее из всех моих ненастоящих имён.
Иногда пишу книги, но теперь всё реже.
Иногда рисую, теперь всё чаще.
У меня есть сайт http://wind-veter.narod.ru
Для начала лучше заглянуть туда.
Теперь добро пожаловать.
Это самое настоящее из всех моих ненастоящих имён.
Иногда пишу книги, но теперь всё реже.
Иногда рисую, теперь всё чаще.
У меня есть сайт http://wind-veter.narod.ru
Для начала лучше заглянуть туда.
Теперь добро пожаловать.
Фотографии всегда вызывали во мне чувство мистического восторга и будили фантазию. И дело не в том, что фотография — это застывшее время. Скульптура — тоже застывшее мгновение, но у меня, глядя на самое изумительное изваяние, не возникает вопроса: а что было до того и что будет дальше. Фотография же, будучи ограничена рамками, вызывает во мне любопытство. Мне всегда хочется заглянуть за эти рамки, за срез бумаги, ведь фотоаппарат выхватил только кусочек мира, а остальное пространство осталось где-то и продолжает жить, спрятанное от моего взора.
( Read more... )
«Таджики уважают друг друга. Таджики уважают старших. Таджики уважают и маленьких. Таджики уважают уважение. Таджики уважают всё. Таджики уважают чай. Они могут вдесятером, сидя вокруг одного чайника, философствовать о мире. Таджики уважают гостиницу. Они снимают на первом этаже туфли и в носках поднимаются на второй. И идут с этажа на этаж, гуляют по гостинице в носках. А ведь есть люди, которые лезут тебе в душу прямо в сапогах»… (Агаси Айвазян «Удивлённый, влюблённый, растерянный турист»)
Почему я мало смеюсь? Да потому что вокруг беспрестанно смеются.
Некогда планета наша была заселена неграмотными людьми, философы не выходили за пределы своего сообщества, глубокие мысли (в том числе и о смысле жизни) не проникали в широкие слои.
Когда же наступила «поголовная грамотность», народ стал читать, но читать Аристотеля готовы далеко не все, поэтому стала появляться литература «для всех», удобоваримая, легкоперевариваемая. Формальная грамотность не дала миру фактически ничего, не обогатила его, не сделала более разумным. По сути грамотная Европа мало чем отличается от неграмотной Африки. Детские сказки, приправленные «взрослыми» раздеваниями, отрубаниями рук и ног и прочей безмозглостью, преподносятся нам сегодня как серьёзные произведения искусства. Ни изящности рисунка, ни изящности сюжета, ни попыток поговорить о «вечном» – вот то, что заполняет теперь книги и фильмы. В первобытном мире всё обстояло так же – сказки для развлечения перед сном, пустая болтовня на сеновале или у костра. Просто это не называли искусством, как не называли искусством каракули на стенах общественных нужников. «Грамотность» дала возможность многим облечь свои каракули в книжные переплёты, зафиксировать их на киноплёнке и т.д.
Вот и получается, что на деле грамотность сыграла плохую шутку над человечеством, принесла много мусора туда, где этого мусора быть не могло по определению. В древнем мире кучки дерьма оставались кучками дерьма, и никто не осмеливался выдавать их за «абстракцию» и выставлять на показ. Сортиры были сортирами, трибуны – трибунами, скульптуры – скульптурами.
Может, не нужна нашему миру поголовная грамотность? Пусть быдло остаётся быдлом – зачем им уметь читать, если они не читают? зачем им думать, если они не умеют? зачем показывать им красоты, если они не понимают? Быдло без сожаления переплавляет тончайшие золотые изделия в золотые слитки. Всю империю Инков переплавили, не оставив практически ничего. Быдло всегда остаётся быдлом, даже если умеет читать. А если и читает, то удовлетворяется надписями на стенах туалета, и само оставляет там свои автографы.
![]() | You are viewing Log in Create a LiveJournal Account Learn more |